ДУША ПОЕТ!

Душа поет? Душа поет!

По-моему, нам русским это состояние свойственно в трех случаях: 1) при махровом оптимизме в качестве второй натуры; 2) при измененном состоянии сознания «Какое было прекрасное шампанское/виски/вино/и так далее!»; 3) в приступе душевной тоски, и тогда клин клином: «Каким ты бы-ы-ыл, таким оста-а-ался!».

А для большинства итальянцев состояние «душа поет» является врожденным и естественным.

Также, как и трепетное отношение к еде. «Ты ела, детка? Что ты ела? Не-е-ет, это ты не ела. А сейчас мы будем кушать по-настоящему».

Как умение наслаждаться жизнью. В разгар рабочего дня итальянские бары полны расслабленной публики с разновеликими бокалами просекко, шприца, негрони и прочего шипяще-бодрящего, публики с рекламным слоганом на довольных лицах «И пусть весь мир подождет!», а прежде всего – жизнь, её прелести и радости.

Время идет, а традиции лишь крепнут :)
Время идет, а традиции лишь крепнут 🙂

Как чувство прекрасного, стремление украшать самих себя «и в пир, и в мир, и в добрые люди». Публика, совершающая променад по улицам итальянских городов часто радует и удивляет «изюминками» гардероба. А то, как итальянцы мастерски украшают повседневность, достойно отдельного рассказа.

Но возвращаюсь к песням и музыке. Ими густо прошита как старинный гобелен вся итальянская жизнь. Рокот кофейной машины бармен из соседнего бара пересвистывает арией из Риголетто. Кузен Паваротти? Статный синьор, идущий впереди, мурлыкает под нос что-то веселое. Уличные музыканты на мосту Понте Систо в Риме подхватывают гитарными переборами и хриплым и настойчивым «Скажи мне «да», завтра можешь все забыть, но сегодня мне отдайся…». И «пасуют» песенную эстафету двум горлопанкам, верхом на м… усорной машине: «Ты подлее-ец! И баста».

Римские горлопанки, по совместительству ведьмочки с метлой
Две горлопанки верхом на мусорной машине, но с метлой

Музыкальное, песенное сопровождение в Италии всюду. Оно то является ненавязчивым фоном жизни-спектакля, то, вдруг, начинает солировать. «Аттенционе! Атте-е-енционе!» — кристально чистым певческим баритоном выводит боцман в фирменной синей тужурке, пришвартовывая паром-кит на озере Гарда. Плеск волн, крики чаек, гомон набережной все чуть притихает, подчиняется главной партии — «Аттенционе!».

У моей итальянской роуд-муви, протяженностью в пару с лишним десятков лет, полной дружбы, любви, обожания, страстей есть свой саунд-трек. Своей пестротой он похож на лохматую дворнягу, которая, несмотря на отсутствие «голубой крови» (ха-ха! оперных арий и сюит), полна чувства собственного достоинства, завершенности и весело повиливает хвостом.

Челентано так улыбался
Моё первое итальянское потрясение (кадр из фильма «Укрощение строптивого)

Первое визуальное итальянское потрясение меня настигло в виде слегка одетой прекрасной Орнеллы Мути и уверенного в себе скалозубого 😉  Челентано в фильме «Укрощение строптивого». Первым музыкальным итальянским потрясением стали «три аккорда» и танцующий под них Адриано. Он в такт незамыловатому «ла-ла-ла» задорно месил ногами виноград. И я тут же полюбила Италию раз и навсегда. До сих пор эта мелодия — своеобразный гимн моим теплым отношениям с Аппенинской красавицей. Стоит лишь услышать «ла-ла-ла!», как на душе сразу теплеет.

Впоследствии многие песни Челентано стали моими первыми учителями итальянского языка. «Сюзанну» я разобрала «по косточкам», бесконечно спрашивая знакомого итальянца «А что такое трианголо ди страсс?» (думала, австрийский перекресток, а оказалось, стринги в стразах), «кокорито» (птенчик!), «ун пекинезе» (собака неприятной наружности? пекинская капуста? ах нет — это короткая шубка). Почему выбор пал на Сюзанну? Потому что она — о моей лучшей подруге Надежде. Надежда, русская красавица, сама серьезность и основательность, и вдруг Сюзанна. А дело вот в чем. Мама Надежды заслушивались «Сюзанной», слов не знала, но ритмичное «Сюзан-на, Сюзан-на, мон амур» топило родительское сердце. Точку в этой истории поставил отец, видимо, почуяв, ветреность имени Сюзанна. Так моя подруга стала рассудительной Надеждой, но при первых аккордах «Сюзанны» – «И ты сбежала в Малибу с торговцем бижутерией» — мы хохочем до сих пор: «Бог отвел!».

У маэстро Челентано имеется песня и обо мне, правнучке донского казака, натуральной блондинке со всеми вытекающими — «Stivali e colbacco». «Ты мне кажешься дочкой казачьего атамана, ты высокая, ты блондинка, ты прямо-таки какой-то взрыв в этой меховой папахе. Ай-ай-ай-ай!». Я спела её дуэтом с Челентано 1000 раз: в дУше, в машине, на дружеских застольях и без застолий, в дороге и даже в лесу. Под лихое скрипичное «вжик-вжик» я станцевала одни из лучших «па» в моей жизни. И да, мои итальянские друзья встречают меня так: «А наша дочь казачьего атамана приехала!».

«Феличита» – песня песней. Простая музыка, будничные слова, но за душу берет цепко. Мы склонны искать счастье в тридевятых царствах, за морями, а оно всегда рядом: в бокале вина с куском хлеба, в мягкой подушке, в дожде, что льет за окном, в том, чтобы спеть дуэтом… или соло. «Феличита» напоминает, что счастье – оно внутри нас. Поэтому – «Феличита, феличита, феличита!». И вот уже — улыбка на губах, ноги весело притопывают, руки стремятся объять мир, и жизнь становится прекрасной.

Как вы готовитесь к первому путешествию, например, в Рим? Читаете путеводители, выискиваете информацию в интернете, спрашиваете советов у бывалых? Я же слушала диск с песней «Римские каникулы» группы «Matia Bazar» и считала, что этого вполне достаточно для первого свидания с Вечным Городом. Проникалась римским духом до самого донышка, начхав на путеводители. И оказалась права.

Теплые римские объятия :)
Теплые римские объятия 🙂 (фото Alberto Chiappi)

Мама Рома, оценила мое доверительное отношение. Распахнула свои объятия, открыла заветные секреты, одарила встречами и открытиями. Рим – один из моих любимых городов, а римские каникулы – самые лучшие каникулы в моей жизни.

Мой римский друг Сандро – меломан с коллекцией итальянской музыки со времен Царя Гороха. CD-диски, пластинки всех мастей занимают большую часть его гостиной. Сандро, будучи в хорошем расположении духа, устраивал мне ликбез: рассказывал подробности биографии того или иного исполнителя. Конечно же, сопровождал рассказы музыкой, душевно подпевая на три ближайших квартала. Иногда случались и танцевальные паузы. Мне особенно запомнился пасадобль по-итальянски, когда антикварные картины и вазы, а также соседи снизу чудом остались живы. Другим сильным потрясением стала песня «Meraviglioso» из уст друга. Сандро встал на террасе между двух горшков с базиликом-тимьяном и серьезно сообщил мне: «Доменико Модуньо, «Чудесно». Приложил ладонь к сердцу, закрыл глаза и запел.  Поначалу я пыталась унять улыбку, но с каждым словом проникалась и заслушалась.

Но как же ты не замечаешь,
Насколько мир чудесен?
Твоя боль излечится.
Но посмотри вокруг себя,
Какие дары тебе дали:
Для тебя создали море!
Ты говоришь, что у тебя ничего нет?
Тебе кажется, что солнца нет?
Жизнь, Любовь — это чудо.

«Это просто какой-то бальзам на душу», — я утерла слезы радости, когда Сандро допел. И сейчас я иногда принимаю этого целительного «бальзама».

«Ты знаешь Васко Росси?» — спросил меня Пьеро, закладывая очередной вираж на горном серпантине. За окном расстилался рай, он же Сардиния. Вальяжное бирюзовое море, гордые спины скалистых гор, белые овечьи руна на зеленых пастбищах и сладкий пряный ветер в окно. Счастье, радость, романтика.

Вот так, по-моему, выглядит Рай
Вот так, по-моему, выглядит Рай

«Не знаю никакого Васко Росси», — ответила я и довольно зажмурилась. Пьеро нажал кнопку CD-проигрывателя и шершавый мужской голос запел «Sto pensando a te…». «Я думаю о тебе когда иду, когда смотрю, когда дышу». Я испытала чувство «дежавю». Стриженый гнусавый «парень на районе» в мешковатом пиджаке уже однажды пел мне «Я думаю о тебе». Декорации были почти те же. Гитарные аккорды отзывались в сердце. Душевности и задора добавляла великолепная Тина Тернер. В шортиках 🙂 И это было по настоящему и здОрово! Кстати, а парня звали простым (ха-ха!) итальянским именем — Эрос. Присовокупить фамилию не составит труда 🙂

А хриплая песня Vasco Rossi, подаренная Пьеро, вторила ветру и вплеталась-вплеталась в романтический пейзаж. Пьеро увидел мои молящие глаза, и диск тут же перекочевал ко мне в виде презента. И сейчас снежной уральской зимой стоит мне его включить, мыслями я оказываюсь в знойном лете.

«Любишь ли ты итальянскую музыку? Какую?» – часто интересуются итальянцы при знакомстве. Марко не был исключением. Во всем остальном он им был. После обмена рукопожатиями и любезными «мне очень приятно» сразу же спросил: «Какая музыка тебе нравится?». «Интеллигентная и со смыслом», — ответила я. Тогда слушай, ответил Марко и зарокотал «A te che sei». Он пел мне эту песню Lorenzo Jovanotti Cherubini и когда мы неслись по ночному Риму на мотоцикле, и когда смотрели на медлительный Тибр, и когда лакомились мороженым. Благодаря Марко, я навсегда запомнила, что я – единственная и неповторимая. К сожалению, Марко ушел из жизни полгода назад. Но он жив для меня в этой песне, в моих воспоминаниях, в светлой грусти. В словах «Силы природы сконцентрированы в тебе. Ты скала, ты растение, ты ураган, ты – горизонт, который встречает меня, когда я ухожу».

Марко, я вижу тебя в первом луче просыпающегося солнца и всегда встречаю тебя улыбкой.

Из последних обретений — крепко берущий за душу дуэт седовласых мэтров Челентано и Джанни Моранди «Я думаю о тебе, и мир меняется». Не сотвори себе кумира. Но когда я буду седой и в годах, хочу быть как Челентано: довольной, в любимых поношенных штиблетах, с кривоватой улыбкой, с песнями и баснями, полными смысла, для моих внуков и тех, кто рядом.

Вот таков мой хит-парад, в котором нет первого и последнего места. Есть лишь песни, украшающие мою жизнь.

Моя душа поет, когда внутри расцветают цветы радости, радуги эмоций выгибают семицветные спины, прибой слов рвется наружу и хочется рассказать всему миру о тех сокровищах, которые есть внутри и вокруг. Я, не сдерживаю себя, пою. Громко. Душевно. Раскидываю руки будто летаю. Мажу мимо нот. Иногда попадаю в тональность. Срываю аплодисменты случайных слушателей. Моя русская душа поет, и в этом я немного итальянка. А припев мне —  «Volare e cantare» («Летать и петь»).

«Я разукрасил руки
и лицо синим,
потом внезапно меня
похитил ветер
и я начал летать
в бесконечном небе…«

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *