ТАМБУРИНИСТЫ ИЗ ТОРРЕПАДУЛИ, ИЛИ ДАТЬ В БУБЕН ПО-ИТАЛЬЯНСКИ

Декабрьским днем, окутанным туманной дымкой и рождественской иллюминацией, выпала мне дорога на выставку L’Arigiano in Fiera в Милане, а попросту на выставку ремесленников со всех итальянских и некоторых международных «волостей». Сыры, колбасы, паста (или по нашему макаронные изделия), икра боттарга, ликеры, вина, масло, мороженое, расписные тарелки, креативные сумки, стильные хламиды и прочее-прочее-прочее – каждый из производителей со всех уголков Италии и даже мира представляет свои самые лучшие товары лицом, изнанкой и содержимым вот уже много лет.

К приключениям готова :)
К приключениям готова 🙂

Вагоны метро, курсирующие до выставки были битком набиты итальянцами … с чемоданами на колесиках, с вместительными, но опавшими боками туесками и рюкзаками. В голове вертелось: «Началось великое переселение народов? Такое итальянское хобби: разъезжать с сумой по миру? На итальянцев не похоже. Но для чего тогда все эти торбы?». Ответ нашелся позже.

Недавно я сказала, что центр «престольных» итальянских городов Рима и Милана – свой многолюдностью и интернациональной речивостью словно новые Вавилоны. Беру свои слова обратно. Павильоны миланской Фьеры в воскресный выставочный день – вот где новый Вавилон, пожалуй, даже стократно. Броуновское движение людских потоков. Базарный гомон голосов. «Какая милая шляпка!». «Хлеба, дай два хлеба!». «Эти красные кораллы так идут к вашим глазам». «Оливки-оливки! Пробуем-пробуем!». «Самое лучшее масло. Давай, тебе в стакан налью? Выпьешь, рада будешь!».

Сама выставка — гигантский базар. У базара свои законы: глазеть по сторонам, пробовать без стеснения, хвалить товар и продавца, заводить знакомства и покупать, желательно со скидкой. Кстати, чемоданы итальянцам нужны для того, чтобы складывать-упихивать туда приобретенное. Ну, как устоять перед пятилитровкой оливкового масла с приставкой «био» или полголовкой сыра пекорино в 12 месяцев от роду из самой Сардинии?

А вдобавок гигантской декоративной рыбой: «Она идеально подойдет к обоям в гостиной»? И среднестатистический Пьеро, безропотно следуя указаниям своей дражайшей среднестатистической половины, например, Марии, трамбует в чемодан приобретенные «сокровища». А глазастая рыбина водружается в рюкзак и на загривок итальянского синьора. помахивает мимо проходящим папьемашовым хвостом.

Рыба моя! С папьемашовым хвостом 🙂

Про особо обласканного фортуной и жизненными благами говорят «На него просыпалось словно из рога изобилия». Я же, войдя в первый выставочный павильон, словно оказалась внутри рога изобилия. Тут же проворный сард сунул мне в рот кусок сыра: «Пробуй, красавица!». Следом его коллега дал закусить хрупким невероятно вкусным хлебом «карасау». Я с удовольствием похрумкала.

Затем пара синьоров из Тосканы угостили оливками: зелеными крупными, мелкими с пряностями, бурыми в масле, на закуску — сушеными помидорами-вишенками. Сицилиец поил дынным ликером. Шоколадным. Коричным. Кактусовым. На кактусовом моя память забарахлила и последующие бикьерини (бокальчики полные желтой, красной, белесой, оранжевой жидкости) мной не идентифицировались.

Я переводила дух за лимонным мороженным из Сицилии. Поедала его, заглядывая в умную морду керамического кота. Сообщила его хозяину: «У вашего кота серьезное мужское лицо».

Хозяин кота — весь как выкидное ножевое лезвие, тонкий, подвижный и опасный — сверкнул такой же ножевой стремительной улыбкой. Приобнял и поцеловал меня в светлую голову: «Умница. Разбираешься. Кота я делал. Моими золотыми рученьками». Мороженое заела куском хлеба с оливковым маслом.

Облизываясь, посмотрела модный показ… мексиканского дизайнера.

Алые розы на черном на худопопых фигурках моделей были призваны были завлечь посетителей в дальний латиноамериканский павильон, до которого укормленная, упоенная и обласканная итальянским гостеприимствомпублика , очевидно, попросту не доходила.

А ещё через пару минут я обнаружила себя у… прилавка с бубнами. «Это бубны!» — завопила я хрисофороколумбовски, так восторженно слово открыла Америку. «Тамбурины!» — согласился «бубновый король».

Моя личная эврика. Оказывается тамбурин – это бубен, а не барабан, как представляла я себе раньше.

«И они играют?» – поинтересовалась я. После выпитого во мне верховодила блондинка со счастливой улыбкой на лице и наивными вопросами на языке. Та самая из анекдотов. «А то!» — ответил синьор, подмигнул, схватил тамбурин и… дал в бубен.

После первых «бац-бац» мои ноги готовы были выписывать кренделя. За кренделями «бубновый король» предложил подойти к сцене через 5 минут. Звучало многообещающе. Вывеска на сцене гласила «Тамбуринисты из Торрепадули. Таранта и пиццика». Здесь я оставлю слова. Они излишни. Смотрите и слушайте сами.

А «выражение «дать в бубен» открылось для меня новым интеллигентным и одновременно страстным жизнелюбивым смыслом.

Да, и еще оказалось, что я отлично танцую пиццику 🙂

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *